16 июня, 2019
Воскресенье
Статьи Китайские юани на качелях
Китайские юани на качелях

Китайские юаниЧас проходил за часом, а вертолет все летал туда-сюда над искрящимися водами и сияющими небоскребами гонконгской гавани, а на нем по ветру трепетал алый рекламный баннер. Какую такую приманку он продавал? Китайские государственные облигации с доходом всего в 0,6% годовых — вот так.

Облигации выпустили 17 августа Министерство финансов Китая в национальной валюте — юани. Рутинная событие, вряд ли стоит того, чтобы размахивать флагами. Но не тривиальными являются объемы продаж, 20 млрд юаней ($ 3,1 млрд), и их покупатели — оффшорные инвесторы из Гонконга. Это пока крупнейший выпуск облигаций «дым-сумм» — ценные бумаги в материковой китайской валюте, которые, однако, продаются в Гонконге, где любят есть пельмени, хинкали со свининой и другие вкусности, известные под общим названием дым-сумм. Итак, это новый шаг на пути глобализации красной китайской валюты.

Первое такое долговое обязательство было выпущено Банком развития Китая 2007 году. Этому примеру последовали более 80 других эмитентов, среди которых — Всемирный банк, Российский банк, МакДоналдс, Фольксваген и т.д..

Несмотря на эти сенсационные предложения, рынок дым-сумм остается верным своему реноме — «вкусно, но мало», — как отметил Тони Ван из Банка Китая на конференции, организованной Центром финансового регулирования и экономического развития (CFRED). Продажи облигаций так и проводятся небольшими, удобными для переваривания порциями, со сроком погашения обычно в два-три года. На конец июня на каждый юань долга «дым-сум» (по выпускной цене) приходилось 4,7 юаня в гонконгских депозитах. Вот почему 20-миллиардная предложение министерства финансов в юанях вызвало такое возбуждение.

Дороги домой нет

Этот выпуск облигаций не будет последним государственным выпуском, как утверждает китайский вице-премьер-министр Ли Кэцян, который в следующем году должен сменить Вэня Цзябао на премьерском посту. Выступая в Гонконге в день продажи, он сказал, что нефинансовые китайские фирмы смогут брать займы в юанях за рубежом — привилегия, которой ранее пользовались исключительно континентальные китайские банки.

Это несколько расширит меню. Но самой большой преградой для займов за рубежом есть трудности с возвратом денег обратно в страну. Китайское правительство неоднозначно подходит к роли «красной валюты» в трансграничных инвестициях. Китайские компании теперь могут покупать зарубежные предприятия за юани; иностранные фирмы могут инвестировать юани, полученные, например, в Гонконге, в операции на территории континентального Китая. Но обе транзакции должны получить «добро» от правительства.

В начале выпусков облигаций «дым-сумм» разрешение можно было принять за месяц-два — признак того, что власти хотели способствовать рынку. Но поскольку китайская власть теперь опасается, что приток капитала может разжечь и без того перегретую экономику, то и ввела более жесткие требования. Например, одна компания, которая в начале этого года приняла юаневый заем в Гонконге, все еще ждет, чтобы провести деньги через границу.

Речь господина Ли может означать ослабление позиции государства. Китай уже позволяет некоторым «одобренным» иностранным инвесторам покупать ценные бумаги на материке по квотам. Эти инвестиции делаются в долларах. Отныне, по словам господина Ли, государство позволит таким инвесторам вложить до 20 млрд оффшорных юаней в фондовый рынок Китая. Это даст иностранцам еще одно основание держать у себя юани.

Относительно роли своей валюты в международной торговле у китайского правительства нет никаких сомнений. В 2009 году государство позволило фирмам в динамичных провинциях Китая торговать за юани. Сегодня Ли Кэцян распространил это право на всю страну. Эту валюту использовали для трансграничных торговых операций в размере 600 млрд юаней во втором квартале текущего года, что намного больше, 50 млрд в прошлом году. Но это всего 7% от общего торгового оборота Китая и 2% мирового.

Роль его тоже неравномерна. В торговых операциях в юани за первый квартал этого года 94% составила продажа иностранных товаров Китая, а не китайских — за границу. Другими словами, юань течет за пределы страны, а не наоборот.

Ю Йонгдинь из Китайского общества мировой экономики утверждает, что этот отток «красных», как ни странно, еще теснее привязывает Китай к доллару. В прошлом китайские импортеры проводили большинство торговых операций в долларах. Этот отток доллара сдерживал удорожание юаня. С переходом на расчеты в юани вместо доллара, по возможности, отток доллара изменится оттоком юаня, что уничтожит один из немногих каналов, через которые Китай уменьшает давление на свою валюту, делая ее более дешевой. Чтобы удерживать юань на том же уровне, центральный банк будет накапливать долларовый резерв, а не наоборот.

За рубежом захотят покупать юань, а продавать нет, пока будут думать, что он искусственно удешевленный. Это впечатление только усилилось из положительного сальда торгового баланса Китая, которое во втором квартале достигло $ 69,6 млрд. Это большой скачок вперед по сравнению с предыдущими тремя месяцами. Возможно, это подтолкнуло центральный банк Китая в решение позволить юаню подорожать до отметки 6,4 «красных» за один «зеленый».

Государство поддерживает юань и на дипломатическом фронте. В частности, Китай заставляет другие страны, например Венесуэлу, вести расчеты в юанях. Действительно, в июне платежи в юанях между материком и Гонконгом оказались в сумме меньше платежей в других направлениях, что способствовало значительному замедлению оффшорных депозитов. Но, возможно, это результат регуляторного решение Китая ограничить трехсторонние торговые операции, в которых китайские импортеры платили юанями посреднику, который впоследствии платил иностранному поставщику долларами.

Замедление стремительного роста депозитов в юанях для некоторых, возможно, станет облегчением. Они не слишком выгодны для гонконгских банков, поскольку надо еще постараться найти того, кому бы их занять. В июне непогашенные ссуды составляли лишь 11 млрд юаней, и кредиты в юанях составили всего 2% от депозитов в этой валюте.

Гонконг стремится получить роль офшорной финансовой лаборатории Китая. И в этом эксперименте не обойтись без побочных эффектов. Вертолет, который непрерывно стрекотал над головой, олицетворяет ориентированное на юань будущее этого финансового центра. Но стало гораздо легче, когда началась гроза и прогнала его прочь.